г. Киев, ул. Е. Белокур, 3.
+38 095 593-43-15

Почувствуйте себя экс-стремно

Экстрим. Слово «экстрим», вопреки своему значению, стало привычным термином современной жизни. Особенно в молодежной среде. И в этом явно есть некоторый подвох. Общество, где экстремальные состояния являются нормой, должно представлять собой сообщество сверхчеловеков, находящихся по ту сторону добра и зла, жизни и смерти. Но выйдя на улицу понимаешь, что все на месте – те же полудобро, полужизнь. Что же подразумевают под экстримом те, кто его использует? Попробуем разобраться.

Прежде всего, об экстриме говорят, когда речь идет об отдыхе, или, в более общем понимании, о досуге. У современного человека появилось слишком много свободного времени. Хотя телекорпорации работают практически круглосуточно, они не в состоянии еще перевести условные рефлексы в безусловные. Есть хорошая картинка и качественный звук, но еще нет имитации вкусовых, обонятелных рецепторов. Кроме того, не решена проблема трехмерной симуляции. Поэтому пропагандируется активный отдых. Для людей с уравновешенной нервной системой существует расширяющийся рынок туристических услуг «все включено», причем для любого достатка, можно и в кредит, как раз до следующего отпуска. Но есть часть населения, чья природа требует некоторой гормональной встряски. В советское время эти люди выбирали для себя героические профессии, и так «стравливали» свою пассионарность. Сейчас податься некуда. Даже космонавты превратились в миф, ностальгический привет из СССР. Хотя сегодня полеты в космос происходят регулярно, почему всплывает только имя Юрия Гагарина. А ведь это было почти полстолетия назад. Впрочем, не надо грустить. Сегодня почти каждая туристическая кампания предлагает эктрим-туры. В основном, это водный туризм. Сплав по рекам на байдарках, катамаранах, рафтах (плоты по-нашему). Обычно туры предлагаются в живописные места: Карелия, Кавказ, Байкал. Побывав участником такого похода, могу сказать, что скучно не было. Во-первых, красота мест. Карелия летом, с белыми ночами, сетью рек и отсутствием цивилизации положительно действует на жителя мегаполиса. Но главное, конечно, сплав по порогам, то, что и подразумевается под словом «экстрим». В водном туризме существует категории сложности порогов, поэтому фирмы благоразумно используют самые простые маршруты. Потому, что 4-я категория порогов допускает реальный риск для жизни.
Формально процедура следующая. Плавсредство преодолевает пороги, потом спокойная вода, потом пороги и так проходит поход. Разница только в том, что чем выше категория, тем меньше тихой воды, и тем длиннее и опаснее время прохождения порогов. Но есть один общий феномен, который я и собирался рассмотреть. Когда проходишь порог, то действительно происходит выброс адреналина. И многие едут именно за этим, а не за красотами. Но в процессе работы веслом (а именно оно является основным орудием) сознание отключается. Скорость принятия верного решения слишком высока и рефлексия избыточна, да и медлительна она. В остатке получаем выброс адреналина, ибо тело больше ничем помочь не может, а ситуация формально небезопасная. Кроме того, люди – животные сухопутные и новая среда, в прямом и переносном смысле неустойчивая, порождает хронический стресс. Как компенсаторы выделяются эндорфины, гормоны радости. Я описываю только водный экстремальный отдых, но мне представляется, что остальные виды работают по той же схеме. Может, более дорогие варианты эксплуатируют еще и самолюбие, но сейчас о другом.
Безопасность и стабильность современной жизни человека сильно занизила выработку адреналин-эндорфинной пары. Сработал закон компенсации: убрав элементы хаоса, человек отказался и от эпизодов удовлетворения типа «повезло, убежал» или «повезло, поймал». Неудивительно, что именно подростки и юноши стали основными потребителями экстрим-бизнеса. Их организм наиболее остро чувствует дефицит переживаний. Наверняка, рост наркомании в нашу эпоху тесно связан с поиском все тех же морфинов, но уже внешних. Поэтому реальная борьба с наркотиками должна прежде всего решить эту биохимическую проблему, по сути нерешаемую в современных условиях.
В психологическом срезе эстрим-туристы тоже попадают в некую зависимость. Причем, со временем переживания притупляются, и надо повышать дозу, уровень сложности, доходя до реально опасных для жизни ситуаций. Конечно, они могут и не ходить больше в такие туры, но уже никакой песок Ниццы не даст им той порции удовольствия. Разве что они перетерпят несколько лет и станут биороботами, которые живут в глянцевом мире иллюзии материального благоденствия. Но мы о живых.
Перспективы невеселые. Мы, наше сознание слишком зависимо от микроскопических доз каких-то препаратов. Раз, и девушка рядом с тобой кажется богиней, ангелоподобным существом, два - и она же превращается в уродину, воплощение всего мирового зла. Новая порция, и ты готов лететь, петь и смеяться как ребенок, весь мир у тебя в кармане. Маятник качнулся - и ты в аду и вокруг тебя голодные духи, да и ты сам тоже на человека мало похож.
Получается, что первым шагом является признание зависимости. Как фраза-посвящение в «Анонимных алкоголиках»: меня зовут N.N. и я признаю, что я алкоголик (в нашем случае химически зависимый человек). И двигаться надо в направлении постепенного перехода под личный контроль выбросов порций из надпочечников или другой железы внутренней секреции. Как сказал небезызвестный Виктор Михайлович Антончик, комментируя приоритет сознания над телом: «Морфий мне». Но это не конечная цель. Наверняка, святые люди и просветленные существа переживают счастье, преодолев зависимость от физиологии. Или они находят кнопку, ту самую. И утопив ее до упора, фиксируют спичкой, чтобы поток не прекращался. О методах, которые приближают к этому состоянию, дальше по тексту.

Экстрем. В названии статьи обыгрывается жаргонное слово, аналог которому непросто найти в словаре. Страх, но как бы и нет. Некая точка психической бифуркации, когда адреналин уже выброшен, и надо выбирать – драться или спасаться. Соответственно, «экс-стремно» - это рефлексия после. Попытка снова войти в состояние, чтобы отследить работу сознания. Решающим при этом является фактор времени. Экстрим-туризм именно поэтому не подходит для этой цели. За короткое время преодоления опасных участков, при наличии быстро меняющейся картины, единственно верный выход – отдать себя процессу. Неплохой метод освобождения от эго и диктата мыслеформ. Вот только навыки могут не успеть прижиться. Количество погибших будет обратно пропорционально количеству просветленных. Правда, в обычной жизни, среди обывателей пропорции те же, а то и больше. Но все же, какой критерий? Один просветленный на тысячу, две? Когда давать отбой практикам? Но это уже скользкая тема. Мы за «мирные» практики.
Одной из таких практик может быть осознанная фрагментация личности практикующего. Для этого лучше использовать ситуации, связанные с возможной потерей идентичности, прежде всего, то, что связано с угрозой физической смерти. Об этом исчерпывающе написано в работах Олега Бахтиярова «Повстанец и Смерть», «Война как психотерапевт». Но сейчас релаксационные войны на окраинах распавшейся Империи затихли. Даже сербы, те самые сербы, которые со времен битвы на Косовом поле приняли на себя жертвенную роль воинов Православия, не опуская столетиями знамя борьбы, без особой надежды победить в этом Граде земном, начали сдавать врагам своих солдат. За миску чечевичной похлебки. И тем, кто совсем недавно бомбил их мосты, больницы, храмы.
Так что воевать пока негде. Да и этика добровольца не всегда может совпадать с этикой воюющей стороны, а стрелять пришлось бы, война как-никак.
Существуют более мягкие способы работы с психической стабильностью. Плавное снижение уровня комфорта до стадии реализации базовых инстинктов выживания и, как следствие, неглубокое, но все же изменение состояния сознания. Совокупность таких методов называют эктремологией.

Психотехники плюс эстрем. Мне удалось побывать на семинаре, который провела организация «Сруб» (Четвериков А.Ф.) Там практиковали базовые практики эксремологии с элементами соревнований. Было интересно и местами жестковато, то есть, то, что надо. Но сами навыки выживания желательно сопровождать некоторым набором психотехник. Такой подход качественно усиливает как экстремальные навыки, так и внутренние практики. Сопротивление сознания новым форматам – общепризнанный факт. Для удобства я буду называть техники нагвалем, а обыденное сознание - тоналем. Все грамотные, поймут. А кто не знает, догадается. Так вот, выполняя в учебном зале волевую медитацию (ВМ) легко обмануть себя, что все получается. Когда стоишь под дождем несколько часов, то критерий оценки и необходимость самой практики становятся более четкими. Даже имитация экстремальных состояний понижает уверенность тоналя. Вот здесь и возникает лазейка. Десятиминутная ВМ в ночном лесу стоит часовой ВМ в классе. То же с деконцентрацией внимания. Передвижения ночью в лесу тоже способствуют развитию дКв. Игра в пейнтбол также дает много перспектив для внедрения объемной дКв. Занимаясь рукопашными практиками легко заметить, как сужается сознание, буквально схлопывается до шарика внимания в области кулаков противника. Очень познавательно, проведя обычный спарринг, потом прослушать короткую инструкцию о работе с вниманием и попробовать еще раз. Я думаю, особенно важно для девушек просто ткнуть перчатками в лицо партнера. Для активной позиции в жизни прежде всего нужно избавляться от роли жертвы. Страх боли, неготовность реагировать в нестандартных ситуациях – непаханое поле для ВМ. С нами была девушка Юля, милая и приятная, но спарринговалась она с инструкторами достойно. Кстати, она была командиром нашей группы и ее слушались. Так что девушкам в некоторых аспектах эстремология может больше нужна, чем парням. Да и парням многие нужные переживания не удается реализовать в современных комфортних условиях. Вспомните «Бойцовский клуб». Вообще, эта книга (или фильм) переполнен практиками, дзэнское произведение. Например эпизод, когда Тайлор отпускает руль лимузина, и вопрошает о последнем желании перед скорой смертью. Или, когда Тайлор делает щелечью химический ожог на руке Джека. Бери и пробуй. Ведь работа с физической болью – важный и необходимый этап разотождествления сознания и тела. По-хорошему, нужно проводить факультативные занятия на эту тему.
Еще один важный, хотя и не проговариваемый момент. В рамках игры в экстрем организуются малые группы, которые вступают в соревнование между собой. Азарт – ценный ресурс. Для взрослого человека в его жизни азарт – редкое переживание. Охота, рыбалка, «боление» за свою команду, но это уже не по-настоящему. Состязания в формате экстремологии - стрелялки, поиски, поединки, позволяют Ребенку в душе каждого мужчины наиграться, чтобы в реальной жизни уже Взрослый принимал бы решения. Каждому – свое. Здесь включается сектор глубинной психологии. Тоже нужно.
Кроме того, в результате таких коллективных практик создается чувство группы. Это тонкое переживание, которые многие знают (кто был в походах). Когда ешь с одним человеком из одного котелка и делаешь с ним одно дело, начинаешь по другому к нему относится. Искусственно вызвать такое состояние трудно. Напрямую эта сиддха не связана с тоналем, но мне почему-то кажется, что совместные практики экстремологов будут проходить интенсивнее,чем если это были люди, которых объединяет только общее время и место.
Привнесение «походной» романтики в практики чистого сознания могут показаться вульгаризацией задач психонетики. Но практикующие – живые люди, и можно слабости перевести в силы. Не всегда прямой путь самый быстрый.
Со смутностями сознания надо начинать бороться на базовом уровне. Голод, холод, страх темноты, усталость, боль, раздражение -это все можно пережить в «поле». Сонные образы во время практики в аудитории потом будут сметаться легким усилием сознания.
Не надо забывать, что навыки по экстремологии само по себе являются очень ценными. Если нас впереди ждут времена хаоса, то умение разводить костер, питаться, чем придется, добывать воду будут очень востребованными. А еще важно уметь действовать в группе, уметь командовать и подчиняться приказам.
Надеюсь, мне удалось показать важность модифицированного формата психотехник. Две важные и востребованные технологии могут породить оригинальный и яркий феномен. И мы можем быть его носителями.